Обзор банковского сектора: март 2021


Источник фото: Uzbekistan Banking Association

Банковский сектор Узбекистана за последнее время пережил неожиданные перемены, а именно резкий скачок показателя NPL с 2,8% до 3,6% за один месяц. По большей части такая динамика обусловлена положением дел банков Туркистон, Хайтек и Мадад инвест банка.

Ранее мы уже писали о нехватке ликвидности у банков. Сейчас же неверно принятые решения в руководствах некоторых представителей сектора могут обернуться крахом организаций, что также может подорвать и без того слабое доверие мирового сообщества к экономике Узбекистана.

В подобных ситуациях самый очевидный способ решения – взять кредит у ЦБ для того, чтобы выплатить хотя бы часть депозитов. Однако, это послужило бы увеличением кредитного бремени на банк из-за относительно высокой ключевой ставки и слабого притока депозитов. К тому же, мы видим небольшое снижение процента инфляции в годовом выражении, а именно с 11% до 10,7%, что может быть связано со стабильностью ключевой ставки и ухудшением положения некоторых банков в связи с нехваткой ликвидности.

Вернёмся к анализу банковских показателей. Важная сводка численных показателей, по которой можно судить о потоках средств в системе – сводный баланс коммерческих банков. За месяц в нём практически ничего не поменялось. Самые заметные изменения, составляющие -0,5%, можно наблюдать в графах активы к получению из банков-нерезидентов и из ЦБ, что означает, что банки стали немного меньше занимать у данных финансовых институтов. Также следует обратить внимание на то, что общая прибыль снизилась до 258 млрд сум – самый низкий показатель с начала прошлого года. Сильнее всего просел финансовый результат у банков, находящихся в категории, где величина активов меньше 3 трлн сум. Совокупный капитал в этой группе увеличился на 21%, в то время как изменение прибыли к предыдущем месяцу составило -250%, что говорит о серьёзных проблемах мелких банков. При этом мы видим рост прибыли у остальных категорий банков (то есть от 3 трлн сум и выше), там она возросла 35% за период, что может являться свидетельством или перетока клиентов, или финансовых проблем небольших банков. Вдобавок стоить отметить, что расчёт производится по 32 коммерческим банкам и почти половина из них, а именно 15, относятся к банкам с самым низким объёмам активов, в том числе и главные герои февраля – Мадад Инвест Банк, Хай-тек банк и Туркистон банк.

У трёх этих банков наблюдался значительный скачок показателя NPL: в Хай-Тек банке (HITB) вырос с 0,2% до 89,4%, в Туркистон банке (TKTN) с 0,1% до 86,7%, в Мадад инвест банке (MIBK) с 16,7% до 46,6%. Сейчас же в последнем наблюдается сильный отток депозитов, почти в два раза (61 млрд в феврале  35 млрд в марте). Данные Хай-тек банка показывают уменьшение объёма кредитов на 39 млрд, что снижает доход банка при стабильных ставках по вкладам. Колебания в кредитах и депозитах Туркистон банка являются несущественными, однако, скорее всего, банку требуется привлечь ликвидность, так как в начале мая они стали предлагать вклад под 7% в долларах до 31 мая, в то время как самая высокая ставка в то время была 5,5%.

Интересным можно также отметить тот факт, что государство не имеет доли во всех вышеперечисленных банках. Однако, изменение NPL Узагроэкспортбанка, где государство уже имеет долю, должно настораживать, ведь оно составляет 41,8% (с 13,7% до 55,5%), хоть и не наблюдается серьёзных изменений в его относительных показателях.

Данная ситуация не наблюдалась в ближайшем прошлом, поэтому можно сказать, что явления, описанные выше, весьма неординарны и требуют грамотного подхода со стороны властей и ЦБ, так как даже из сложных и тяжёлых ситуаций можно найти комфортный для финансовых институтов выход, что также послужит хорошим опытом для экономики Узбекистана.


Екатерина Коршик
Младший аналитик, EQRE